Затяжной трехсторонний военный конфликт на Ближнем Востоке тесно связан с огромными запасами жидких углеводородов — проще говоря, с нефтью. Именно густая нефть воспламеняется в больших резервуарах на суше и трюмах наливных судов после ударов бомб и ракет, а черные высокие столбы дыма от таких пожаров стали почти символом текущих боевых действий.
С 28 февраля, когда коалиция во главе с США и Израилем совершила первые атаки на объекты внутри Ирана, в районе Ормузского пролива пострадали как минимум восемь нефтеналивных судов. Некоторые из них полностью выгорели, другие же продолжают дрейфовать с повреждениями неизвестной степени и с невыясненным количеством нефти, возможно оказавшейся в воде. Одновременно вокруг Ирана, в странах, поддерживающих операции США по разным направлениям, последовательно подвергаются атакам нефтебазы, нефтеперерабатывающие заводы, склады топлива на аэродромах и в портах.
В течение более двух недель в режиме прямого эфира разворачивается фактически экологическая катастрофа, но большинство прогрессивных западных СМИ сохраняют молчание. Greenpeace* не комментирует ситуацию, а Грета Тунберг ведет себя пассивно, не проявляя активности.
Тем не менее, вопрос остается крайне серьёзным, представляя потенциальную угрозу не только для окружающей среды, но и для здоровья населения региона на долгие годы или даже десятилетия. На данный момент отсутствуют подтвержденные данные о возможных разливах сырой нефти из трюмов одного из пострадавших судов, однако учитывая увеличение количества поврежденных танкеров, вероятность такого развития событий непрерывно растет.